|
Маргаритинская ярмарка год красит…
В числе календарных событий
Архангельской губернии Маргаритинская ярмарка была одним из ярчайших
массовых мероприятий, настоящим праздником народной культуры и торговых
традиций. Ярмарка как бы подводила итог прожитому году (недаром она
начиналась с красной даты - Новолетия) и в этом заключается ее основное
отличие от других российских ярмарок.
Тысячи торговцев со всей России съезжались в середине сентября в поморскую
столицу на знаменитое ярмарочное торжище у корабельной пристани.
Началу Маргаритинской ярмарки в Архангельске предшествовал очень строгий
однодневный пост, приходившийся на 11 сентября - Усекновение главы
Пророка, предтечи и Крестителя Господня Иоанна. И только после этого поста
наступало время ярмарочного веселья, народных гуляний, пиршеств и
торговли.
Новый год и Рождество
Ярмарку начинало Новолетие - 14 сентября (Поморский новый год, который
истиные поморы отмечают по Юлианскому календарю. - Ред.), когда принято
провожать лето - пить пиво, сваренное из зерна нового урожая, устраивать
артельные пиры-братчины и зажигать на плотах костры, выбрасывать из дома
старые веники и засылать сватов.
Середина сентября - это начало Бабьего лета, поэтому весь архангельский
народ в первый день ярмарки отдыхал и веселился. Затем начиналась
собственно ярмарочная торговля. 19 сентября Архангельск опять праздновал,
на сей раз архангелогородцы отмечали старый День города Архангельска (Чудо
архистратига Божия Михаила). В этот день гуляли архангельские лоцманы-вожи,
а поморы устраивали гонки на карбасах.
С 20 по 22 сентября архангелогородцы ходили в церкви и отмечали Рождество
Богородицы. Не трудно заметить, что сакральный смысл маргаритинских
ярмарочных гуляний в определенной степени соотносится с зимними
новогодними и рождественскими гуляниями.
Ярмарочный общепит
В начале XX века большинство приезжих на Маргаритинскую ярмарку, в период
пока шла торговля, проживали на частных квартирах архангелогородцев. Кроме
того, им надо было в течение двух недель где-то питаться. Как правило,
приехавшие на ярмарку обедали и ужинали в архангельских трактирах, чайных
и столовых.
Одна из таких чайных-столовых, которую посещали торговцы с ярмарки,
принадлежала владельцу Манухину. Это заведение находилось прямо на
базарной площади, и в ней всегда было тесно от посетителей. Но несмотря на
столь удачное местоположение, чайная-столовая Манухина была мало похожа на
образец общепитовского заведения. Вот что пишет о ней современник: "Это
была одна из худших неприспособленных чайных-столовых в городе: в ней за
переборкой жил хозяин, кухня находилась за переборкой тоже. Здание было
старое, отделка плохая, грязная, сыро. Впоследствии, хотя домовладелец и
устроил плотную переборку у кухни и вынес жилье из помещения, но грязь,
сырость остались". По этой причине, в 1912 году чайная-столовая Манухина
была временно закрыта санитарным врачом Городской управы, а нерадивый
хозяин был вынужден произвести в помещении ремонт. Тем не менее, даже
после ремонта заведение оставляло желать лучшего: "Владелец кое-что
подмазал, подкрасил, но в общем, помещение мало изменило свой вид", -
пишет очевидец.
Стандлевич, Зиганша, Миладзе…
В целом состояние общепита в Архангельске было удовлетворительным, однако
были и нарушители, с которыми городская Управа вела непрестанную борьбу.
Так, в частности, в 1913 году за нарушение правил торговли полицией были
составлены протоколы: на содержателя трактира Занкевича (за грязное
содержание всех помещений и за хранение на кухне грязного белья), на
содержателя пивной Стандлевича, за грязное содержание посуды и помещения.
Были и совсем курьезные случаи, наделавшие много шуму в покупательской
среде Архангельска. Так, за продажу пирога с запеченным в нем большим
жуком был привлечен к ответственности владелец Мухамет Зингаша.
Одной из самых плохих общепитовских заведений в Архангельске, по
свидетельству современника, была чайная столовая владельца по фамилии
Миладзе, располагавшаяся в Рождественском переулке.
"Пол проваливается, стены не штукатурены, - пишет очевидец. - По стенам
едва лепящиеся полки, на них бутылки и разный хлам. Стойка деревянная,
некрашена, едва держится, закуски на ней под марлей. На полу селедки,
картофель, рыба. В углу - низенькая кладка с плитой - варится обед. Тут
грязно, хламно. Столы длинные, деревянные, не крашены, со щелями. Такие же
и скамейки. Наемной прислуги нет. Это самая низкопробная чайная-столовая в
Архангельске".
Столовые…
В начале XX века в Архангельске существовало несколько достаточно крупных
промышленных предприятий, поэтому в город на заработки постоянно приезжали
сотни рабочих из Архангельской, Вологодской, Олонецкой и других российских
губерний. Большинство из прибывших на заработки устраивалось на временное
проживание у квартирных хозяев, а питались рабочие в основном в трактирах,
чайных-столовых и столовых. Однако, настоящих столовых для питания в
городе в 1913 году было только три (это столовые Бабкина, Терехова и
Малова). Как пишет в одном из своих отчетов санитарный врач Городской
управы, "Во всех столовых кормят почти одинаково: блюда стоят 30 копеек,
либо 25 копеек - эта разница порождена очевидно конкуренцией - столовые
расположены близко друг к другу. Но качество пищи одинаково: водянистый
мутный суп или щи, якобы с приправами (на самом деле, вероятно, смесь
свежего со вчерашними остатками). Второе блюдо - очень небольшой кусок
мяса, вареного с соусом, или рыбина жареная, рыбинка, косточка птицы,
рубленая котлета бывает больше (не жалко хлеба и обрезков мяса). Супу, щей
дают целое море, но всего остального - каплю, а в результате все-таки до
вечера не хватает насыщения и изжога может появиться после обеда. Меню
очень однообразное, отсутствие овощей и зелени - пресная пища".
Пункт на Быку
Для большинства приезжих посещение столовых, чайных и трактиров
представляло большие неудобства, так как названные выше заведения
общественного питания конечно же не могли удовлетворить всех желающих
пообедать. Разброс цен, скудный ассортимент предлагаемых блюд, невысокое
качество обслуживания посетителей - все это заставило городские власти
подумать о создании специального пункта общественного питания. В 1910 году
Архангельская городская управа решила организовать для приезжих так
называемый Врачебно-продовольственный пункт на Быку (в районе Смольного
Буяна), где посетители могли завтракать, обедать и ужинать в
цивилизованных условиях и, кроме того, получать необходимую медицинскую
помощь.
В первый год работы пункт обслуживал в основном работников со Смольного
Буяна, но уже в 1913 году посетителями столовой и чайной на Быку, по
свидетельству современника, были "рабочие с заводов Данишевского,
Кыркалова, Минейко, Суркова; с водокачки, лесной заставы, с карбасов,
баржей, Мурманской пристани; много приезжих на заработки, но еще не
нашедших работы, партии шкивидоров (человек по 15 - 20); семинаристы (в
мае и августе), рабочие с постройки станции трамвая на Буяне и из
дирекционного магазина".
Культура питания
Как пишет очевидец, пункт пользовался большой популярностью у посетителей.
Поднятый в 9 часов утра флаг возвещал об открытии чайной и столовой, а
самый большой поток посетителей наблюдался с 11 часов до часу дня. Второй
поток приходился на ужин - с 18 до 20 часов, но ужинали в основном люди
случайных заработков, пользовавшиеся ночлежкой при пункте. В столовой
пункта на Быку порция супа с мясом стоила 9 копеек, без мяса - 6 копеек,
котлеты - 15 копеек, каша - 3 копейки, черный хлеб - 3 копейки, белый - 6
копеек, булка - 5 копеек, молоко - 2 копейки, чай - 5 копеек, сахар - 1
копейка, лимон - 1 копейка.
Для сравнения, в чайных-столовых Архангельска порция супа с мясом стоила
от 10 до 24 копеек, без мяса - 8 копеек, котлета - от 15 до 20 копеек,
чашка молока - 6 копеек, треска жареная от 10 до 20 копеек и так далее. К
тому же за качеством приготовляемой в пункте на Быку пищи следил лично
санитарный врач городской управы.
Как пишет сотрудник пункта: "Обеды состояли из супов и каши. Но удивляло
то, что рабочие Архангельской губернии охотно брали суп и мясо, не
спрашивая о рыбе (треске, пикше), между тем, как известна их привычка к
такого рода пище. На вопрос, почему они предпочитают мясо рыбе они
отвечали, что "на тяжелой работе мясо сытнее". Суп варился из мяса I сорта
по 18 копеек за фунт… Кашу готовили из гречневой, ячневой круп, причем
"черная" (гречневая) каша, так любимая в средних губерниях, плохо
прививалась нашим рабочим, так что потом мы ее совсем не варили. Молоко
продавали стаканами, а сами покупали "поллагуньём" от 25 до 40 копеек. "Поллагуньё"
равно 12 - 15 стаканам. Порции выдавались по чекам, выданным заведующим
хозяйством.
Время ярмарки
Любопытно, что время, когда врачебно-продовольственный пункт на Быку
фактически простаивал без посетителей, приходилось на период проведения в
Архангельске Маргаритинской ярмарки. К началу ярмарки большинство сезонных
работ в столице Поморья уже заканчивалось, и для приезжих рабочих две
ярмарочные недели служили своего рода отпуском. Для самих же
архангелогородцев ярмарка была фактически праздником. А так как на Быку не
продавали спиртные напитки, все посетители на время ярмарочных праздников
перемещались в архангельские пивные и трактиры. Как пишет сотрудник пункта
на Быку, "все праздничные дни пункт работал, но посетителей было
значительно меньше, чем в будни; в сентябре два воскресенья совсем не
торговали, так как все рабочие, конечно не приходили, а местные посвящали
праздник открывшейся ярмарке. Месячный отчет за сентябрь показывает, что в
один из праздничных дней зарегистрировано только 5 человек".
Иван Лемехов, г. Архангельск |
